Почему сильный Presale умеет не только двигать сделку вперёд, но и возвращать её в начало
Продавец принёс мне ТЗ крупной финансовой организации и задал вопрос, который в Presale звучит чаще, чем принято признавать:
— Мы здесь ничему не соответствуем. Отказываемся?
Я был руководителем Presale; инженер, отвечавший за этот аккаунт, находился в отпуске, и я его замещал. Я прочитал документ. Формально продавец был прав: требования писались не под нас.
Но отказ — простое решение только в одном случае: когда сделка действительно квалифицирована как невыполнимая. Меня ТЗ в этом не убедило. Я увидел другое: заказчик ещё не до конца разобрался для себя в теме. С таким заказчиком не отвечают на документ. С ним разговаривают.
— Поехали вдвоём.
О заказчике я не знал ничего, кроме самого ТЗ. На встрече я рассказал о ценности продукта и сценариях его использования и перебросил мостик к реальным задачам заказчика. Когда он рассказал о них сам, я нарисовал от руки на листе бумаги, как мы могли бы закрыть его бизнес-задачу. Заказчик заинтересовался и решил переработать ТЗ. Мы стали уточнять детали.
Дальше всё шло так, как и должно идти. Пилот подтверждал то, что мы сами заявили. Параллельно обсуждалась коммерческая часть, и цена заказчика устраивала. План был ясен: пилот и закупка за 6–8 месяцев.
Я рассказываю это не как историю о спасённой сделке. Продавец задал правильный вопрос, и «нет» было бы вполне рациональным ответом. Меня интересует другое: что именно произошло на той встрече — и сколько стоило бы ошибиться в любую из сторон.
Что на самом деле сделал Presale
В той поездке не было ни демонстраций, ни RFP, ни POC. Был разговор о ценности, сценариях и задачах заказчика, после которого он сам изменил рамки сделки.
Последнее время я по отдельности разбирал привычные элементы работы Presale: квалификацию, перевод технологии в ценность, работу с конкурентами, формирование критериев, проверку гипотез. Но чем дольше я смотрел на всё это вместе, тем сильнее меня не отпускал один вопрос: а что, собственно, делает Presale, если убрать названия всех этих активностей?
Для себя я пришёл к простому ответу: Presale управляет неопределённостью сделки.
Demo, POC, архитектура, RFP, account planning, red teaming — всё это инструменты. Они нужны не сами по себе. Они помогают двум сторонам понять, стоит ли двигаться дальше, что именно нужно доказать и где мы пока слишком многого не знаем.
Экономический смысл здесь тоже довольно простой: чем раньше мы снимаем критическую неопределённость, тем дешевле обходятся ошибки.
Причём ошибиться можно в обе стороны. Ложное «да» — уйти в POC там, где сделки на самом деле нет, и месяцами платить ресурсами за видимость движения. Ложное «нет» — отказаться от реальной сделки только потому, что ТЗ написано не под нас. В обоих случаях цена ошибки появляется раньше, чем сама ошибка становится очевидной.
Шесть типов неопределённости
Для меня это не ещё один sales process и не красивая последовательность стадий в CRM. Скорее шесть вопросов, к которым я возвращаюсь, когда хочу понять: что мы уже знаем, а где пока просто верим в сделку.
QUALIFY — Есть ли здесь настоящая сделка? Ложное «да»: ресурсы и POC уходят в возможность сделки, которой на самом деле нет. Ложное «нет»: мы отказываемся от реальной сделки.
VALUE — Есть ли у заказчика достаточно сильная причина что-то менять? Ложное «да»: мы бесконечно показываем возможности продукта. Ложное «нет»: ценность так и не становится очевидной, и решение не случается.
SHAPE — Кто и как формирует критерии выбора? Ложное «да»: мы принимаем чужие правила игры как данность. Ложное «нет»: считаем ТЗ высеченным в камне, хотя заказчик ещё готов обсуждать саму постановку задачи.
RED TEAM — Что может изменить исход сделки? Ложное «да»: начинаем думать о конкуренте, когда уже приходится отвечать на его ходы. Ложное «нет»: сдаёмся заранее, потому что чужая позиция кажется слишком сильной.
PROVE — Что именно нужно доказать? Ложное «да»: POC превращается в бесконечное исследование возможностей. Ложное «нет»: мы останавливаемся раньше, чем проверили гипотезу, от которой действительно зависит решение.
DECIDE — Достаточно ли у нас оснований для следующего шага? Ложное «да»: по инерции довносим ещё ресурсы. Ложное «нет»: закрываем возможность слишком рано.
Именно DECIDE для меня особенно важен. Без него можно сколько угодно хорошо квалифицировать, проектировать и доказывать — но так и не дойти до момента, когда команда обязана сказать себе: «продолжаем» или «стоп».
Деньги и слава
В 2003 году директор Presale в Cisco Systems объяснил мне, молодому инженеру, главную задачу нашей работы: выполнить план продаж и добиться высочайшей оценки заказчиком удовлетворённости продуктом.
Эти две цели быстро вытолкнули меня из офиса — к заказчику, к нормальному разговору, к попытке понять, что у него действительно должно измениться. Со временем я назвал их для себя проще: деньги и слава.
Деньги — для нас: прибыль, маржа, возможность развивать бизнес дальше. Слава — для заказчика: реальный эффект и выбор, которым он доволен.
Если остаются только деньги, возможно, мы хорошо продали, но плохо помогли заказчику. Если остаётся только слава, возможно, мы сделали отличную работу для клиента, но забыли, что сами тоже должны зарабатывать.
Поэтому я всегда воспринимал сильный Presale как защиту сразу двух сторон: заказчика — от плохой покупки, своей компании — от плохой продажи.
Заказчик рискует купить не то, неверно сформулировать проблему, недооценить стоимость внедрения или получить результат, который не оправдывает усилий. Поставщик рискует вложиться в сделку, которой нет, выиграть убыточный проект, пообещать невыполнимое или перегрузить продукт и внедрение.
Отсюда и моё отношение к качеству выручки. Подписанный контракт сам по себе ещё ничего не доказывает. Важно, что осталось после него: нормальная экономика, реализуемый проект, довольный заказчик и решение, которое не потребовало сломать продукт или выжечь команду. Выручка, которая обходится компании дороже, чем приносит, хорошей не бывает.
Самый дорогой риск обычно не технический
Технический риск обычно проверяют лучше остальных просто потому, что он удобный: работает или не работает. Есть стенд, есть критерий, есть результат.
С коммерческим риском всё неприятнее. Точно ли мы решаем ту проблему? Достаточно ли она важна? Понимаем ли мы, кто и как примет решение? Те ли люди участвуют? И вообще — совпадает ли то, что мы доказываем в POC, с тем, по чему потом будут покупать?
Техническую гипотезу можно подтвердить один раз. Коммерческая может перестать быть правдой хоть завтра. Сменился ключевой человек — изменилась сделка. Поменялся сценарий — изменилась сделка. Сдвинулись критерии — всё, что мы считали квалифицированным вчера, сегодня уже требует проверки.
И именно это случилось дальше в той же истории.
Margin call в сделке
Дальше сделкой занималась аккаунт-команда. Постоянной ответственности за решения по этому аккаунту у меня не было: иначе я был бы его аккаунт-инженером. Поэтому всё, что происходило потом, я видел со стороны.
В какой-то момент у заказчика сменились ключевые лица. Появились новые требования. Изменились сценарии использования продукта.
В трейдинге margin call — это момент, когда достигнут предел риска по позиции и приходится принимать решение: довнести обеспечение, сократить позицию или закрыть её. В сделке происходит нечто очень похожее. Только нашим «капиталом» становятся часы Presale, продуктовые доработки, новые POC, скидки и внимание руководителей.
Смена ключевых лиц у заказчика и была таким margin call. Изменились люди, требования, сценарии — а значит, старая квалификация уже не могла считаться действующей. В этот момент нужно было не автоматически довносить ещё ресурсов, а сначала ответить на более неприятный вопрос: мы всё ещё хотим быть в этой сделке?
Практически это означало вернуться к QUALIFY, заново обсудить VALUE с новой командой, пересобрать сценарии, проверить критерии и снова принять Go/No-Go. По сути — признать, что старая версия сделки закончилась, и решить, открываем ли мы новую.
Этого не произошло. И мне здесь совсем не хочется искать виноватых. К тому моменту в проект уже были вложены 6–8 месяцев POC и доработки продукта, а в forecast стояли 90%. В такой ситуации продолжать выглядит почти естественно: закрыть ещё один запрос небольшим POC, удовлетворить новые требования и наконец завершить сделку.
Но 90% в CRM остались прежними, хотя сама сделка уже стала другой. Ценность с новой командой заново не обсуждалась, сценарии не пересобирались. Быстрый дополнительный POC не сработал. Потом появился следующий. И ещё один. В итоге вместо пилота и закупки за 6–8 месяцев проект растянулся более чем на 36 месяцев. К моменту моего ухода сделка всё ещё не была завершена.
Повлиять на её ход я тогда мог только советом.
Команда действительно боролась за крупную сделку — это важно сказать. Но каждый месяц без возврата к исходным вопросам делал сделку менее вероятной, тогда как в CRM продолжали жить те же 90%.
И дело не в том, что 36 месяцев — это «слишком долго». Я видел нормальные сделки с циклом в 24 месяца. Проблема была в другом: без повторной квалификации всё сложнее становилось честно ответить на два вопроса — почему мы продолжаем и оправдывает ли ожидаемый результат новые ресурсы и риски.
Для меня это не история о чьей-то ошибке и уж точно не доказательство моей прозорливости. Это история о том, что привычка вовремя пересматривать сделку почти всегда дешевле, чем привычка автоматически довносить в неё ресурсы.
Почему мы продолжаем, даже когда исходные условия уже изменились
Под давлением KPI и forecast с нами происходят вполне человеческие вещи. Уже вложили месяцы — тяжело признать, что исходная гипотеза больше не работает. Сделка стоит в прогнозе — снижение вероятности выглядит почти как личное поражение. Команда много сделала — остановка начинает казаться обесцениванием этих усилий.
Поэтому я бы вообще не сводил это к «осознанности» отдельных людей. Если возврат к квалификации зависит от того, хватит ли кому-то смелости поднять неудобный вопрос, система будет задавать этот вопрос слишком поздно.
Как сделать пересмотр сделки автоматическим
Лучше заранее договориться, какие события заставляют нас остановиться и снова посмотреть на сделку свежим взглядом.
Сменилось ключевое лицо заказчика: заново квалифицируем сделку, заново обсуждаем ценность с новой командой и принимаем новый Go/No-Go.
Появилось требование вне исходной гипотезы: возвращаемся к вопросу, что именно должен был доказать POC, и осознанно решаем, расширять ли его.
Изменился сценарий использования: заново собираем ценность и критерии уже под новый сценарий.
Сдвинулись критерии успеха: сначала пересогласовываем их, потом продолжаем работу.
POC заметно вышел за привычный горизонт: не закрываем сделку по календарю, а спрашиваем — почему решения всё ещё нет и не потеряла ли квалификация силу?
По моему опыту, примерно на девятом месяце POC этот вопрос уже точно стоит задать. Не потому, что девять месяцев — магическая граница, а потому, что затянувшийся пилот часто сообщает нам что-то важное о самой сделке.
Самое полезное — договориться о стоп-условиях заранее. В какой момент мы говорим «стоп» и возвращаемся к QUALIFY? Предел риска по позиции лучше определить на входе, а не тогда, когда на решение уже давят forecast, вложенные ресурсы и надежда «ну теперь-то точно закроем».
И есть ещё один плюс: тогда спор идёт не между «оптимистом» и «пессимистом» в команде, а вокруг правил, о которых договорились заранее.
Presale как равноправный участник сделки
Чтобы всё это работало, Presale должен быть не обслуживающей функцией рядом с продажами, а полноценным участником сделки. Не человеком, которого зовут «показать продукт», а партнёром, который понимает бизнес заказчика, экономику своей компании и видит, когда неопределённость начинает становиться дорогой.
И важно уметь вынести это на разговор с sales не в форме «я против сделки», а в форме общего вопроса: что изменилось и что нам теперь нужно перепроверить?
Потому что локальные цели у всех разные. Sales хочет сохранить opportunity. Product — не разрушить roadmap. Delivery — получить проект, который реально можно внедрить. Заказчик — снизить свой риск. Руководство — получить выручку и маржу. А Presale часто оказывается ровно между всеми этими интересами.
Поэтому сильный Presale для меня — не тот, кто всегда поддерживает продажи. А тот, кто помогает команде увидеть сделку целиком.
И отсюда ещё один неудобный вопрос. Если Presale измеряют количеством demo, POC и поддержанных opportunities, не учим ли мы сами команду производить активность вместо решений? И что тогда означают 90% в CRM — честную оценку реальности или цифру, которую уже страшно уменьшить?
Это уже тема отдельного разговора.
Не больше активности — лучше решения
В зрелой организации Presale, на мой взгляд, нужен не для того, чтобы «технически помочь продать». Он нужен, чтобы сделки принимались лучше.
Иногда итогом становится победа. Иногда — вовремя остановленный POC. Иногда — отказ. Иногда — заказчик, который после разговора вообще меняет постановку задачи.
Если после нашей работы обе стороны лучше понимают, что они делают, зачем и при каких условиях это имеет смысл, значит, Presale сделал свою работу.
Сильный Presale не просто помогает выигрывать сделки. Он уменьшает стоимость ошибок до того, как они становятся дорогими.
